ЛЕКСИКА ДУХОВНОЙ КУЛЬТУРЫ БУРЯТ (Термины по народному календарю)

Календарь как способ организации и подсчета времени является одним из древнейших показателей культуры народа. Долгое время считалось, что календари - достояние лишь высокоразвитых цивили¬заций. однако несколько десятилетий назад были обнаружены кален¬дари, которыми пользовались люди в разных точках земного шара еще в палеолите (Фролов. 1977. с. 105]. Как уже не раз отмечалось в литерату ре, календарь может слу¬жить основой типологнзации культур, поскольку каждый тип культу¬ры подразумевает вполне определенное понимание времени. При детальном рассмотрении существовавших календарных сис¬тем у бурят мы пришли к выводу, что здесь уместно говорить о быто¬вании и пользовании шестью календарями: 1) древнсмонгольекнм народным охотничьим: 2) бурятским народным: 3) народным сезон¬ным: 4) 60-лстним циклом (включающим в себя пять 12-лстних жи¬вотных циклов); 5) русским народным земледельческим: 6) гршорн- анским. Стату с, время бытования и значимость данных календарных систем весьма различаются. Так. например, что касается заимствова¬ния русского народного календаря, то оно имело место только в тот период, когда буряты стали частично переходить на освоение земле¬дельческих работ в конце XIX - начале XX в. при непосредственном контакте с русскими крестьянами. Наибольший интерес для нас представляют не заимствованные, а народные календари. Старинные названия месяцев сохранились сей¬час у бурят почти в полном виде. Об этом свидетельствует значитель¬ный диалектологический материал, собранный отделом языкознания Института монголоведения, буддологии и тибетологии СО РАН. а также записи различных исследователей по народному календарю бурят и монголов (см. прил. 2). Мы представили далеко не все известные материалы и диалекты бурятского языка, однако их достаточно, чтобы сделать соответст¬вующие выводы и иметь наглядное представление о большой вариа¬бельности наименований и порядкового расположения месяцев. Ценнейшим для нас является самый архаичный in приведенных выше древнемонгольский охотничий календарь. Наиболее ранняя сводка монгольских месяцев приводится в гадательной книге XIV в., найденной в Хара-хото. Все перечисленные в ней 12 месяцев обозна¬чены числительными, и только к трем добавлены смысловые названия - xubi, xudjir, kokeler [Koiwicz. 1925. с. 223-2251. Полный список на¬званий 12 монгольских месяцев приведен в словарс «Хуа-и и юн» («Перевод речений китайцев и варваров»), составленном в XV в. мин¬ской палатой внешних сношений для внешнеполитических нужд: 1) хуби: 2) хужир; 3) евоолжип; 4) хохоо; 5) улари 6) уири (уер) 1) хуран (гуран); 8) бура; 9) хуц 10) хэлбэтур; 11) идэлху; 12) хохлэр [Жуковская. 1988. с. 39]. Отдельные термины встречаются еще в па¬мятниках «Сокровенное сказание монголов» (qitlan sara «седьмой месяц»), «Джангар» (ур cap «месяц май»). Что касается исследований по древнемонгольскому охотничьему календарю, то можно упомянуть работы: «О монгольском календаре» В.  Котвича на польском языке |1925, 1928|. «Эртний монголчуудын цаг тооллын мэдлэгийг сарын нэрээр мошгох нь» А. Очира [1985]. «Ордос сарыг ухучилахуй нь» и «Эртний монгол сарын зарим нэ- рийдлийн учир» Н. Хурца [1986, 1988], «Арван хоср сарын эртний монгол нэрийдэл» Раднагарава [1978], а также «Монгол хэлний нут- гнйн аялгуу» Ж. Цолоо [ 1997], где полностью первая глава посвящена анализу и происхождению терминов по монгольскому календарю, и монографию Н. Б. Дашковой «Календарь в традищюнной культуре бурят» [2001]. Попытаемся рассмотреть подробнее древнемонгольскис названия месяцев: I.  Хуби - название первого весеннего месяца, начало года. V В памятниках «Алтан тобчи», С ауап teiike», в Турфанской кол- лекции, в словаре «Хуа-и и юй» данный термин зафиксирован и озна¬чает первый весенний месяц. В Ордосс qubi называют первый месяц зимы. У калмыков и дагуров седьмой месяц носит название хуби. В тункинском диалекте бурятского языка хуби hapa называется восьмой месяц - авгу ст |Цолоо, 1997. с. 43-44]. а в аларском хуби - второй летний месяц. У хоринских бурят также сохранилось это древнемон- гольское название месяца, оно было зафиксировано Карлом Риттером в форме гоби и с неверно данным пояснением «месяц лука» [Дамди¬нов. 1986, с. 45-46J. В.  Котвич. анализируя аларское название второго летнего месяца хиЫ. утверждает, что оно означает «доля, счастье» [1928, с. 117]. Од¬нако обозначения месяцев в народных календарях обычно ведутся по принципу фиксирования либо важных периодов хозяйственной дея¬тельности, родовых традиций и обычаев, либо характерных признаков природы. На наш взгляд, предположение о существовании месяца с абстрактным названием «доля, счастье» кажется не вполне правомер¬ным. Насколько возможно утверждение, что какой-либо месяц года может быть «счастливым» в жизни монгола? Н. Б. Дашисва полагает, что термин qubi появился в процессе пе¬рехода средневековых монголов от звездного календаря с двумя са¬мостоятельными подразделениями (холодным полугодием и сезоном лета) к лунному календарю круглого года, отсчитывавшегося от пер¬вого осеннего новолу ния. При этой реформе календаря бывшие само¬стоятельными полугодия стали восприниматься как его составные части - хуби [2001, с. 54|. Таким образом, смысл данного термина она рассматривает в значении «часть года» - жэяэй хуби. Более убедительна этимология названия qubi, выдвинутая А. Очиром и позднее поддержанная Ж. Цолоо. Они считают, что на¬звание первого месяца года происходит от древнего монгольского обычая совершать обряд жертвоприношения в честь наступления Но¬вого года. Так, захчины (Ховд-аймак) при совершении обряда произ¬носят слово «хуби». которое обозначает жертвенную пищу. Этот обряд уходит в глубь веков и совершался еще тогда, когда начало года монголы отмечали осенью. В те далекие времена основой жизни древних монголов была охота и совершались жертвоприноше¬ния мясом диких животных. Каждый участник тайлгана получал по¬сле совершения обряда свою долю - кусочек от мяса (qubi), что бук¬вально означает «часть, доля». Официальное перенесение начала года с осени на весну, вероятно, послужило причиной того, что название месяца было также сдвину то и первый весенний месяц стал называть¬ся хуби (Цолоо, 1997. с. 42-43; Очир. 1985. с. 14-15). 2.  Хужир - название второго весеннего месяца. В словарях «Мукадцимат ал-Адаб», «Ху a-и и юй» хужир являет¬ся вторым месяцем года. По некоторым другим источникам, хужир cap - пятый месяц по лунному календарю или шестой по нынешнему календарю. Перевод данного термина лежит на поверхности «природная соль, солончак», однако сеть несколько версий о происхождении на¬звания. Одна из них состоит в том, что именно в этот период (пятый- шсстой месяц по лунному календарю) скот начинает испытывать не¬достаток в соли и появляется необходимость пасти его на солончаках. Исследователь Н. Хурц. изучив китайские источники 1276 г. и более позднего периода, заключает, что хужир cap - название второго месяца по лунному календарю. В этом месяце, как он говорит, небо проясняется, и хотя поначалу земля оттаивает, по ночам она замерза¬ет. сдуваясь холодным ветром, и покрывается солончаком. Именно поэтому этот месяц назвали месяцем солончака (цит. по: Цолоо. 1997. с. 44-45]. По мнению монгольского ученого А. Очира. возникновение тер¬мина восходит еще к тому периоду, когда основным занятием монго¬лов была охота. Древние монгольские охотники подметили, что в оп¬ределенное время года животные собираются на солончаках, даже существовал особый вид охоты на солончаках (любопытно, что такой вид охоты на косуль до сих пор бытует у бурят). В этот месяц древние монголы делали жертвоприношения духу Хужир Цагаан Тэнгэрн. чтобы охота прошла удачно [Очир, 1985, с. 15]. Версия Очира кажет¬ся нам наиболее правдоподобной. Некоторые исследователи полагают, что хужир и встречающиеся в бурятских календарях термины хожо (хожо / хоза / хот) имеют одно происхождение. Есть и другие предположения. Например. А.  Очир возводит хожа (хожо ! хоза I хози) к тюркскому хоза «палец» и считает, что монголы назвали данный месяц по имени созвездия хоза. которое особенно ярко видно в это время года (Там же. с. 19]. На наш взгляд, бурятские хожа (хожо / хоза / хози) являются ви-доизмененными формами от хужир. Доказательством тому служит внимательное ознакомление с порядком следования месяцев: хожа. как и хужир, стоит между месяцами хуби и овоолж. Что касается калмыцких и дагурских форм куча / хуза ! хоза. обо-значающих весенние месяцы, то их ни в коем случае нельзя сопостав¬лять с хужир. Скорее всего, названия куча / хуза /хоза означают хуца «баранnii месяц», а уже следующие за ними кучарь {хужир) - месяц солончака. 3.  Овоолжин - название третьего весеннего месяца. В словаре «Хуа-и и юй» [Жуковская. 1988, с. 39] iigeljin означает последний весенний месяц, в словарс «Жн-юань-и-юй» [Цолоо. 1997, с. 45-46] qudal Ugoljin sura - второй месяц, а в «Мукадднмат ал-Адаб» олжин сара - шестой мусульманский месяц. В бурятском языке сло¬вами оолжии. улзаи, уболжи, хулжип в большинстве случаев называ¬ют последний летний или первый осенний месяцы. В аларском диа¬лекте (по свидетельству В. Котвича) olzin является первым осенним месяцем, а по данным Н. Поппе, убелжин - последний летний месяц. Исследования Д. Банзарова по хоринскому диалекту дают нам убольжип - второй летний месяц. А ононскис хамниганы последний весенний месяц называют бубоольджи |Там же]. Название olzin этимологизируется В. Котвнчем как «месяц удо¬да» (ср. х.-монг. овоолж «удод») 11928, с. 118-119]. Г. Баторов считает, что слово уоджии (восьмой месяц) происхо¬дит от глагола оолох «подрезать, рвать, резать», так как в этом месяце день укорачивается | Цолоо, 1997, с. 46). С этим мнением трудно со¬гласиться, более убедительной выглядит этимология В. Котвича и монгольских ученых А. Очира и Ж. Цолоо, утверждающих, что одним из признаков последнего месяца весны является появление в небе птицы «овоолж», пли удода. По этой причине и был назван месяц - 0600ЛЖ1Ш cap «месяц удода» |Очир. 1985. с. 19; Цолоо. 1997. с. 46- 47]. 4.  Хохоо - название первого летнего месяца. В словаре «Жи-юань-и-юй» kokiige sara - это название четвертого месяца года, а в словаре «Мукаддимат ал-Адаб» коке sara - пятый месяц или второй летний месяц. Из материалов Н. Поппе следует: хухуПн дуун hapa - последний весенний месяц в эхнрит-булагатском диалекте. В хоринском диалек¬те хухупи dymi hapa (по Д. Банзарову) - название последнего месяца весны IЦолоо. 1997. с. 481. В большинстве случаев название данного месяца встречается для обозначения первого и второго летнего месяцев. Его этимология ле¬жит на поверхности, означает время появления и кукования кукушки. Некоторые исследователи полагают, что бурятские месяцы хуг (кхук / кууг / хууг) и ху (ку / ху / хуун / xyti) имеют отличное от хохоо происхождение. Согласно Георги, месяц кхук означает «сезон трав» [Там же]. С ним согласна Н. Б. Дашнева. утверждая, что хуг/хог «су¬хая трава, сенная труха» [2001, с. 56]. Существует несколько версий относительно происхождения на¬звания месяца ху (ку /ху / хуун / хун) hapa. 111. Б. Чимитдоржиев, ана¬лизируя старинные названия месяцев у бурят, приходит к выводу, что хуу сара (или, возможно, суу сара) означает «молочный месяц» [Са- гаалган. 1991, с. 12]. Вероятно. Д. Банзаров имел в виду именно этот месяц - ху hapa. когда писал, что «август называется у бурят месяцем молочным». Хотя в источнике даны и другие значения: хуу hapa «ме¬сяц зноя? месяц человека?» [Банзаров, 1955. с. 253]. Н. Б. Дашнева вообще нс склонна рассматривать по отдельности два термина - ху {ку / ху / хуун ; хун) hapa и хуг (кхук / кууг / хууг) hapa. так как они имеют одну основу и означают «месяц сухой травы» (2001, с. 56]. С нашей точки зрения. Н. Б. Дашнева ошибочно возводит оба термина к одной основе. Мы полагаем, что хуг (кхук / кууг / хууг) яв¬ляется сокращенной и видоизмененной формой от хохоо и означает «месяц кукушки». В пользу нашего вывода могут послужить примеры из календаря калмыков и дагу ров, у которых мы находим формы ку- кун (хохоо) и коку к, а также вариант koke sara. зафиксированный в словаре «Мукаддимат ал-Адаб». Что касается ху (ку /ху / хууп /хун) hapa. то его ни в косм случае нельзя соотносить с хохоо /xyxyiin дуун hapa «месяц кукушки». Тща¬тельный анализ различных вариантов календарей бурят показал, что в большинстве случаев ху (ку / ху / хуун / хун) hapa существует парал¬лельно (в одном н том же календаре) с хохоо /xyxyiin дуун hapa. Так. у эхиритов и булагатов хохооп дуун является пятым месяцем в календа¬ре. а ху hapa - восьмым. Таким образом, становится совершенно оче¬видным тот факт, что это два различных термина, обозначающих раз¬ные понятия (ведь не может в одном календаре быть два месяца ку¬кушки?!). Болес вероятно, что ху (ку / ху / хуун / хун) hapa означает «месяц молока», и здесь мы согласны с мнением Д. Банзарова и Ш. Б. Чимитдоржисва. Ведь в большинстве календарей ху hapa слу¬жит для обозначения последнего летнего или первых осенних меся¬цев. когда наступало время обилия молока и молочных продуктов. 5.  У лари - название второго летнего месяца. Еравнинские буряты называют улари hapa сентябрь, первый осенний месяц. В эхирнт-булагатском диалекте улари - второй осен¬ний месяц, а у аларских бурят улара является последним месяцем осени. Есть несколько версий происхождения данного названия. Монгольский ученый А. Очир находит слово улыр в речи призы¬вания ветра у западных монголов и полагает, что оно может быть ли¬бо именем божества ветра, либо названием птицы - горной индейки 11985, с. 15-16]. Г. Н. Румянцев этимологизирует улари как «месяц заморозков» [Банзаров, 1955. с. 253). Г. Ба горов считает, что улари произошло от глагола улариху «из¬менять, переменять» (Цолоо. 1992. с. 94-951. Исследователи Н. Поппе. Ж. Цэвээл. Г. Флоренцов назвалиулари, улэри месяцем «инея, изморози», «начала замерзания воды и покры¬вания с краев тонким льдом» |Там же, с. 49-511. В.  Котвич этимологизирует улара (улари. улура) Пара как «месяц горной куропатки» [Kotwicz, 1928. с. 119). Ученые, изучавшие названия месяцев в языках Внутренней Мон¬голии. также пришли к выводу, что улар, вероятнее всего, - название какого-то одного вида птиц. В провинции Хох-нуур. Ганьсу улир,улар называют дикую птицу отряда куриных семейства фазановых. В Мон¬гольском Алтае эту птицу называют хошюг, а в местности Алшаа - улару. Ученый из Внутренней Монголии Н. Хурц выдвигает две воз¬можные причины, почему древние монголы могли именовать второй летний месяц названием дикой птицы улар [Цолоо. 1997. с. 50-51]. Первая из них основана на лечебных свойствах мяса этой птицы. Известно, что стбит съесть кусочек ее мяса, то легко заживают раны. По легенде, воины Чингисхана использовали не что иное, как этот чудодейственный способ оживления ран. Скотоводы местности Ал¬шаа говорят, что мясо одной птицы улар спасает жизнь 100 человек. В конце четвертого месяца самец улар расходится с самкой и живст в горах, в пятом месяце собирает и ест очень полезные лечебные травы. Как раз в этот период охотятся на улар и сохраняют их мясо для ле¬чебных целей. Во-вторых, в пятом месяце улар и хойлог очень благозвучно по¬ют. Мы можем предположить, что древние монголы были прекрасно осведомлены об этих свойствах и именно они послужили причиной для названия месяца ulara sara. 6.  Уири (yep) - название последнего месяца лета. В большинстве случаев в бурятских диалектах уурп (ура, урн) hapa является десятым или одиннадцатым месяцем народного кален¬даря. А. Кастрен считает, что название бурятского месяца урн означает «гнезда» [Там же, с. 51]. А. Очир. этимологизирует название шестого месяца года ну///, отмеченного в словарс «Хуа-и и юй», как «наводнение, половодье». Бурятские названия зимних месяцев уурп (ура, урн) hapa. как он счи¬тает. происходят от слова ур «плод, семя, зерно». Его предположение основывается на том. что во второй зимний месяц начинается ответ¬ственный период отела скога. В связи с этим даже существовал обы¬чай в середине зимы устраивать обряд жертвоприношения урийн ху- таг «благополучие плода» (1985, с. 16, 19]. А. Мостарт, а за ним и Н. Хурц рассматривают пут («Хуа-и и юй») как название одного вида птиц. Болес того, Н. Хурц утверждает, что и сейчас птица (отряда куриных семейства фазановых) с названи¬ем yt’tupy, ойиру обитает на горных хребтах Хингана и в чащах Далан- харана. По его мнению, название птицы oiiupy произошло от слова ои «лес» при помощи суффикса -руу (ср. ногтруу «степной рябчик», то- горуу «журавль») [цнт. по: Цолоо. 1997. с. 51-52]. Исследователь календаря бурят Н. Б. Дашисва связывает назва¬ние данного месяца со словом уур «утренний рассвет». Она пишет, что уур «утренний рассвет» определяет время рождения суток. Это же значение месяц уур сохраняет в круговороте года, означая время рож¬дения года, а также календарный период, по которому отсчитывался возраст человека (ср. уурп «одногодки, сверстники»). В этой связи Н. Б. Дашисва отмечает семантическую близость уур с ур / ар в язы¬ках народов Сибири со значениями «охота, осень, год» (2001. с. 41- 43]. Другие ученые полагают, что уурп hapa означает «светлый», «бе¬лый», «месяц богини утренней зари» (Дугаров. 1981, с. 101-102; Жу¬ковская. 1993. с. 191]. 7.  Хуран {гуран) - название первого осеннего месяца. В словаре «Жи-юань-и-юй» унгап - название седьмого месяца го¬да. В диалектах бурятского языка гура, гуура, гуран являются назва¬ниями, в основном, зимних месяцев года. По мнению Ж. Цолоо, пять месяцев древнего монгольского ка¬лендаря носят названия различных птиц: ивоолжин, хохоо, улари, уп¬ри; а также гуран / хуран (от хур «тетерев»), так как древние монголы распознавали и определяли начало и конец месяца по пению птиц [1997, с. 53J. Есть и другая этимология названия данного месяца (qur-a sara «месяц дождей»), которая основывается на том, что характерным при¬знаком первого осеннего месяца было обилие осадков, дождей (Там же]. В «Бурятско-русском словаре» К. М. Черемисова слово гуран имеет значение «самец косули (в период, когда у него опадают рога)». К. Рнттср, на наш взгляд, ошибочно определяет гуран hapa как месяц северного оленя, то есть как время слияния или спаривания диких северных оленей (Дамдинов. 1986, с. 45-46]. Д. Г. Дамдинов отмеча¬ет, что раньше под словом «гура» имелся в виду северный олень (Там же. с. 45]. Болес правдоподобно то, что буряты, издревле занимав¬шиеся охотой, назвали этот месяц месяцем дикой косули, нежели се¬верного оленя. Именно в это время с наступлением первых холодов в долины ст екались косули, у которых начинался гон. В. Котвнч и Г. Д. Санжсев определяют значение слова гуран как «дикий козел» (Kotwicz, 1928, с. 119; Санжсев. 1947. с. 420]. Н. Б. Дашнева возводит происхождение месяца к общеалтайскому названию косули (дикого козла). Известно, что у алтайцев и киргизов месяц кураи означает ме¬сяц косули. В календаре шорцев кураи сыбырыжын (гон косули) со¬относится с сентябрем, куран ай (месяц косули) - с декабрем (Дашие- ва, 2001. с. 45-47|. 8.  Буга - название второго осеннего месяца. В бурятских диалектах буга hapa зафиксирован как второй зим¬ний месяц. Большинство исследователей склоняются к тому, что буга hapa означает месяц изюбра (или оленя), у которого в это время на¬чинается гон. 9.  Хуц - название третьего осеннего месяца. В диалектах бурятского языка хуса hapa (бараний месяц) являет¬ся в большинстве случаев последним зимним месяцем. По мнению А. Очира. месяц получил название «бараний» из-за существовавшего древнего обычая поклоняться самцу как символу размножения и плодовитости. Н. Хурц говорит, что месяц барана - время, когда запускали ба¬рана в стадо к овцам для случки [Цолоо. 1997. с. 54-55]. Н. Б. Дашнева считает, что в месяц xytf вся жизнь замирала, лишь «дикие бараны благодаря своей длинной шерсти могли бродить по гористым местам», и в этот период только охота на этих баранов мог¬ла спасти людей от голода (2001. с. 48|. 10. Хэлиэтур - название первого зимнего месяца. В словаре «Жи-юань-и-юй» kelebdiir sara означает также десятый месяц года [Цолоо, 1997, с. 55J. Название хэлбэтур не обнаружено нами ни в одном диалекте или говоре бурятского языка. Относитель¬но его происхождения мы не можем сказать пока ничего определен¬ного. 11. Идэлху- название второго зимнего месяца. В словаре «Жи-юань-и-юй» ideleku - одиннадцатый месяц года. Согласно Ж. Цолоо. идэлху - название птицы семейства соколи¬ных, с которой выходили на охоту монголы в этом месяце [Там же, с. 56). В словаре Рамстсдта «Kalmuckisches Worterbuch» дастся значе¬ние слова illy, itly п как «хищная птица, кречет, балобан» (ср. чаг. otlekii «lammergeier». ма. itulhen) [S. 211 ]. 12. Хохлэр - название последнего месяца зимы. В Ордосс этот месяц называют коолэр (коолур). А. Очир связывает происхождение названия хохлэр с хох «синий» и приводит такие выражения: хохоо овол «самое холодное время зи¬мой». хуитнии хох утшр «голубая мгла холода» (так говорят, когда зимой холодает и опускается мгла) 11985. с. 151. Помимо терминов древнемонгольского охотничьего календаря, у бурят зафиксированы другие названия месяцев. Сагаап hapa ~ сагаа hapa соответствует приблизительно январю или февралю по григорианскому стилю и считается первым месяцем Нового года у бурят и монголов. Существует несколько версий, объясняющих этимологию слова сагаап hapa (сагаалгап). Одну из гипотез предложил бурятский уче¬ный Д. Банзаров: «...так как этот праздник в старину совершался осе¬нью, то надобно думать, что название это произошло от слова цага (творог), потому что осенью, когда скотина доставляет мало молока, начинают есть творог. Поэтому цагап сара можно переводить: “тво¬рожный месяц" или “белый месяц"» [1991. с. 8[. Г. Цыбиков полно¬стью согласен с этим утверждением и следует в объяснении данного названия за Д. Банзаровым [1991а, с. 13). По другой версии, наименование праздника произошло от слова сагаап «белый», отсюда сагаап hapa «белый месяц». Исследователи расходятся во мнениях относительно причины его возникновения. Так. Г. Р. Галданова приходит к выводу, что словосочетание сагаап hapa находится в непосредственной связи с культом солнца, света, с культом «белого» [1983, с. 47J. Е. В. Баранникова генезис названия «сагаалган» производит от слова сагаан, но связывает с культом бе- лой молочной пищи [ 1973. с. 115). Д. Г. Дамдинов полагает, что сен¬тябрь могли назвать «белым» месяцем, так как в этом месяце воздух становился чистым и прохладным, всс покрывалось инеем и выпадал первый осенний снег 11986, с. 41). Ряд исследователей, в частности Н. Л. Жуковская и Ш. Б. Чимитдоржисв, объясняют происхождение названия праздника тем, что белый цвет занимает очень большое ме¬сто в цветовой символике монголов, является символом чистоты, не¬винности и святости, и потому лучше переводить название месяца как «счастливый» или «священный» (Жуковская. 1988. с. 50; Чимитдор- жпев, 1992, с. 3). Есть и другая версия - о существовании у монголов цветовой системы наименований месяцев. В. Н. Клюева упоминает три мон¬гольских месяца, в основе обозначения которых лежит цвет: цагаан «белый», иогоон «зеленый», улаап «красный» (архив ЛО ИЭ АН СССР]. И. наконец, бытует мнение, что название сагаан hapa является поздней калькой с уур. Так назывался, как мы уже говорили выше, десятый или одиннадцатый месяц народного календаря и означал «светлый», «белый», «месяц богини утренней зари» [Дугаров, 1981. с. 101-102). Это предположение заслуживает внимания. Во-первых, несомненность празднования нового года в древности у монголов осенью, а не весной подтверждается вполне достоверными фактами, а также поговорками, обычаями, сохранившимися в народе и в наши дни. Перенос праздника на весну был связан с распространением в средние века среди монгольских народов буддизма. И поскольку Бе¬лый месяц был популярным всенародным праздником, то буддийское духовенство не могло не считаться с ним и включило его в свою ре¬лигиозно-культовую систему'. Поэтому неудивительно, что в этом празднике переплетаются и светские, и религиозные начала. Д. С. Ду¬таров предполагает, что именно в ту пору ламы предприняли и саму замену дрсвисмонгольского названия уур на сагаан 11981. с. 102). Трудно сказать что-либо определенное о точной дате переноса этого праздника. Однако многие склонны связывать официальное введение и празднование Нового года весной с царствованием монгольской династии Юань в Китае. Марко Поло писал, что при дворе Хубилая монголы уже отмечали Новый год по лунному календарю в феврале. В то же время великий хан Хубилай 28 августа каждого года покидал свою летнюю резиденцию для участия в торжествах, которые называ¬лись белым праздником, то есть, вероятно, выезжал в Монголию для встречи Нового года по старинному монгольскому обычаю [Галдано- ва, 1983, с. 42]. Во-вторых, сохранились интересные заметки о том, как встреча¬ли Новый год осенью: «В этот день рано утром хозяин дома сооружал из чистого белого снега перед юртой нечто вроде жертвенника... Ря¬дом расстилали чистую белую кошму. Хозяин становился на нее на колени и молился по старому бурятскому обычаю утренней заре и восходящему солнцу» |Дугаров, 1981, с. 1011. О наличии солярного культа и большой значимости солнца как источника света и тепла в древности у монголов писала Г. Р. Галданова 11983. с. 46-47]. Совер¬шенно логичен и обоснован ритуал поклонения утренней заре и вос¬ходящему солнцу именно в канун Нового года (а также и происхож¬дение названия уур /юра «месяц богини утренней зари»), ведь именно солнце было основным источником света, энергии и причиной дви¬жения хода времени. То есть в преддверии Нового года монголы со¬вершали моления и как бы благодарили солнечное божество за даро¬вание им еще одного года. В-третьих, само название сагаап hapa - довольно позднего про-исхождения. оно отсутствует в дрсвнсмонгольском народном кален¬даре и встречается лишь для обозначения первого весеннего месяца. Тогда как уур hapa является древним названием, зафиксированным еще в средневековых памятниках. Таким образом, сагаап /юра образовалось от более раннего на¬звания;^ hapa. А истоки этого исконно народного праздника уходят в глубь веков - ко времени покюнения солнцу, луне и звездам. Следующий месяц улаан зудан соответствует нынешнему' февра¬лю или марту. В. Когвич, разбирая данное название, приводит значе¬ние слова зудан «невысокий горный хребет» из русско-бурятско- монгольского словаря Подгорбунского [Kotwicz. 1928. с. 120|. В сло¬варе К. М. Черемисова находим значение слова зудан «невысокий покрытый лесом хребет: танга на горном хребте» (у западных бурят). Г. Д. Санжеев этимологизирует название улаан зудан как «красный разлив» (весенний поток горной реки) [1947, с. 420]. Г. Р. Галданова переводит улаан зудан (март - у закаменских бурят) как «красные лу¬жи» [1992, с. 60]. Такие объяснения не совсем верны. Вероятнее всс- го. улаан зудан (где «н» наращенное) раньше было в виде улаан зуд - то есть «красная бескормица». В подтверждение тому находим сле¬дующие понятия в халха-монгольском языке: цагаан зуд - пора «бе¬лой бескормицы», когда выпадает много снега и скот погибает из-за невозможности добыть корм; хар зуд - летний зут. время «черной бескормицы», когда выгорает трава и гибнет скот. Кроме того. Ж. Цолоо приводит еще несколько примеров других зутов: х.-монг. гаи зуд - отсутствие дождей и засуха в летние месяцы, х.-монг. шомор зуд (ойрат. мосон зуд) - железный (ледяной) зут, когда на рубеже осе-ни - зимы начинается похолодание, льет дождь и земля покрывается льдом, х.-монг. шувууны зад, ойрат. шовуунаа зуд, шувуучаа зад - осеннее ненастье во время отлета птиц (ср. бур. гатуупай зада - осен¬нее ненастье (совпадающее с отлетом гусей), сагаан шубуунаИ зада - ненастье весной (совпадающее с отлетом лебедей), шубуунай зада - осеннее ненастье (во время перелета уток и гусей)) 11997. с. 58-59]. Буряты могли называть улаан зудан hapa именно пору февраля- марта. когда наступает бескормица для скота - уже на исходе запасы сена, а свежая трава еще не выросла. Названия ехэ улаан (букв, боль¬шой красный) и бага улаан (букв, малый красный) - очевидно, сокра¬щенные варианты названий ехэ улаан зудан и бага (или бэсэгэн) улаан зудан, соответствующие примерно февралю и марту. Любопытно, что у ольхонских бурят и в записях А. К. Богданова у бо ха неких бурят встречается название бэсэгэн улаан вместо бага улаан. В словаре К. М. Чсремисова слово бэсэгэн дано со значением «самый младший сын» у западных бурят. Видимо, бэсэгэн улаан, так же как и бага улаан, означает «малый (младший) красный». Относительно цветового определения в названии месяца Н. Б. Дашисва приводит несколько возможных версий. Одна из них основана на материале тувинского фольклора, где такие явления, как холод, ночь, мороз, звезды и вызванные морозами страдания людей, происходят из красного озера, а солнце, тепло, свет - из белого. Вто¬рая гипотеза строится на основе цветового обозначения различных видов пищи у монголоязычных народов (растительная - зеленая (но- гоон). молочная - белая (сагаан). мясная - красная (улаан) и т. д.). В этой связи вполне допустимо, что в названии месяца эпитет красный появился как образ голода из-за отсутствия мясной пищи, то есть ула¬ан зудан «голод, бедствие без мясной пищи». Есть и третья версия, не связанная с цветовым определением. В календарях тюркоязычных народов Саяно-Алтая присутствует эпитет ула, но в значении «боль¬шой». Например, «месяц большого мороза»: у шорцев -улу кырлаш. у хакасов -улуг кырлас ай. у алтайцев - улу кырлаш. Более вероятна вторая версия, и улаан зудан означает период времени, когда насту пал голод из-за отсутствия мясной пищи. В диалектах бурятского языка встречаются следующие наимено¬вания месяцев: ехэ бургад, бага бургад. ехэ бурган, бага бурга?!, ехэ боргон, бага боргон, базгпн бурган, соответствующие приблизительно марту, апрелю, маю. А. Кастрен полагает, что название месяца бурган связано со сло¬вом булган «соболь» (Цолоо. 1997. с. 601. С этим совершенно не со¬гласен В. Котвнч, который этимологизирует ехэ бурган и бага бурган как «большие заросли ивняка» и «малые заросли ивняка» (Kotwicz, 1928. с. 120]. Ж. Цолоо продолжает мысль В. Котвича и разъясняет, что в месяце ехэ бурган пробуждается природа, тает снег, распуска¬ются почки на деревьях и кустарниках, в следующем месяце бага бур¬ган начинают появляться травы и цветы (1997, с. 60—611. А. Очир связывает происхождение названия «месяц ивняка (или кустарника)» с древним ку льтом обоо, или бурган обоо (воздвигав¬шимся из ивняка), который существовал у монголов и даже описан в «Сокровенном сказании монголов»: «...бурган халдуны эзэд бурган босгосон шинчи баян урнанхай...» (1985. с. 18]. Н. Б. Дашнева считает этимологизацию названия месяца бурган в связи с растительной символикой вторичной. Болес продуктивно, по ее мнению, осмысление названия месяца от аларского варианта его названия - ехэ буран в значении «медведь». Древний зооморфный символ весеннего периода года в образе медведя имел широкое рас¬пространение в календарях разных народов мира с двоичной структу¬ризацией годового цикла. В таких календарях выход медведя из бер¬логи возвещал об окончании зимы и приходе весны. Именно с этим фактом можно связывать широкое распространение образа медведя в весенних карнавалах австрийцев, швейцарцев, венгров, поляков, че¬хов. словаков, а также обычай русских ряжения медведем на масле¬ницу. В хозяйственных календарях таежных охотников весенний вы¬ход зверя из берлоги знаменовал завершение осенне-зимнего сезона и начало теплого сезона (Дашнева. 2001. с. 50-52]. Приблизительно нынешнему апрелю соответствует бурятское ха- гдани hapa или хуа хагдани hapa (букв, месяц ветоши, старой прошло¬годней травы). В эту пору окончательно оттаивал снег, покрывающий пастбища, и скот начинал кормиться прошлогодней травой. Далее наступает месяц хара пир эм (май - по григорианскому стилю). Появляется весенняя травка (низенькая с черной головкой), которая называлась хара шэрэм [Черемисов. 1973, с. 750]. Что касается гаии hapa, В. Котвич этимологизирует его как «бе¬зумный месяц», объясняя тем, что в это время начинают гнать молоч¬ную волку. А. Кастрсн также видел суть термина гаии в выражении гаии га.чуу «очень злой, бешеный, безумный», но рассматривал зна¬чение месяца гаии как месяц сильной, безумной жары [Дашнева. 2001. с. 55] (ср. х.-монг. гань «бешеный, безумный», гань хачуун «бешеная жара»). К такому' же выводу о происхождении месяца гаии пришел и монгольский ученый А. Очнр 11985. с. 18]. Н. Б. Дашнева предполага¬ет. что данное название связано со словом гаи «засуха», ведь этот пе¬риод был одним из самых жарких и засушливых [2001. с. 55]. Первый летний месяц у многих бурят носил название «месяц лу¬ка» (маигиһаиай hapa, маиьяһаии hapa). Вероятно, в это время начи¬нали собирать лук. «Месяц лука», скорее всего, обозначал очень го¬лодное время, когда кончался зимний запас продовольствия и кроме лука, не было ничего нового, свежего из еды. Известно также назва¬ние myyxanaU hapa «месяц сараны», зафиксированное М. Н. Хангало- вым [1958. с. 210]. Для обозначения июля ольхонские буряты используют название хура hapa «месяц глухаря», а боханскнс буряты - таршаагаи hapa «месяц кузнечиков». Приблизительно на нынешний август приходится месяц убһэпи hapa, то есть буквально «месяц сенокоса». Очевидно, данное название произошло в относительно недавнее время, с переходом бурят на по- луоседлый тнп скотоводства. Хоринские буряты называют сентябрь манан hapa (по данным К. Риттера, тринадцатый по счету «месяц зрелости») [Дамдинов. 1986. с. 46]. Он является тринадцатым месяцем високосного года, что пре¬дусматривается лу нным календарем. Монголы называют его илуу cap (букв, лишний месяц), окинские буряты - һартагша hapa [Там же], а в словаре «Хуа-и и юй» дастся название уйгумал сара [Цолоо, 1997, с. 651. Само название месяца май an hapa (букв, месяц тумана) не от¬ражает идеи «лишнего» месяца. Буряты, один из древнейших монголоязьптых этносов, в доста¬точно полном и неизменном виде сохранили термины древнемон¬гольского народного календаря. У них зафиксировано большинство терминов, за исключением хэябэтур, идэлху, хохлэр. Однако в поряд¬ке расположения месяцев произошли смещения и сдвиги, которые вполне объясняются течением времени, изменением хозяйственного уклада жизни бурят и климатических условий. Древний народный календарь монголов отражает скорее охотничий период хозяйствен¬ной жизни монголов, поэтому мы и назвали его охотничьим календа¬рем. Примером тому могут служить следующие термины: овоолэ/син «удод», хохоо «кукушка», улара «горная куропатка», упри - название птицы отряда куриных семейства фазановых (одна из версий), хуран (гуран) «дикая косуля», буга «изюбрь», идэлху - название хищной птицы семейства соколиных. Помимо этого, были выработаны и собственно бурятские назва¬ния месяцев, относящиеся к более поздним напластованиям и отра¬жающие переосмысленные в течение времени народные знания бурят, фиксацию перехода на иной тип хозяйствования. Как видно из табл. (см. прил. 2), кроме рассмотренных календа¬рей. буряты использовали способ наименования месяцев по временам года: намарай эхин hapa - осенний первый месяц, намарай дунда hapa - осенний средний месяц, намарай һуул hapa - осенний последний месяц, угэлэи эхин hapa - зимний первый месяц, угэлэй дунда hapa - зимний средний месяц. Назовем этот тип календаря народным сезон¬ным. Такой упрощенный календарь, определяющийся по временам года, появился намного позднее, чем охотничий, и до сих пор исполь¬зуется халха-монголами: хаврын тэргуун cap - февраль, хаврын дунд cap - март, хаврын адаг cap - апрель, зуны тэргуун cap - май. Наряду с народными календарями буряты пользовались другими заимствованными типами календарей. 12-лстннй животный цикл был заимствован от уйгуров и офици¬ально введен в Монголии в 1210 г. |Kotvicz. 1928, с. 128|. Первый памятник монгольской исторической литературы - хроника 1240 г. «Сокровенное сказание» - уже ведет хронологию событий по этому календарю: taqiya jil «год курицы», noqai jil «год собаки», qaqai jil «год свиньи», quluqana jil «год мыши», qonin jil «год овцы», taulai jil «год зайца», linker jil «год коровы». Со временем календарь испытал сильное китайское и тибетское влияние. Первое началось вскоре после завоевания монголами Китая и появления монгольских правителей, которые начали строить свой быт по китайскому образцу. В 1267 г. была проведена реформа мон¬гольского календаря, и год стал начинаться, как в Китае, с первого весеннего месяца [Там же. с. 136]. Тибетское влияние было естест¬венным следствием распространения ламаизма на территории Монго¬лии. МонгольскиГ! 12-лстний цикл, как и китайский, начинался с года мыши (в отличие от тибетского, который начинался с года зайца): 1) мышь (х.-монг. хул га па, бур. хулгаиа. калм. хулһн), 2) бык (х.-монг. ухэр. бур. ухэр, калм. укр). 3) тигр (х.-монг. бар, бур. бар, калм. бар). 4) заяц (х.-монг. туулай, бур. туулай, калм. тууяа). 5) дракон (х.-монг. луу. бур. луу, калм. лу). 6) змея (х.-монг. чагой, бур. могой. калм. моһа). 7) лошадь (х.-монг. морь. бур. морин, калм. мори), 8) ов¬ца (х.-монг. xouhy бур. хопип, калм. дсон), 9) обезьяна (х.-монг. мочип, бур. бишон, мэшэн, калм. мочи). 10) курица (х.-монг. max на, бур. та- хяа. калм. така), 11) собака (х.-монг. похой. бур. нохой, калм. поха), 12) свинья (х.-монг. г ахай. бур. гахай, калм. һаха). Интересно отметить, что в некоторых случаях буряты вместо би¬шоп, мэшэн «обезьяна» применяли название мошон, мушэн «Плеяды». И на шаманских бронзовых толи вместо обезьяны было изображено созвездие Плеяд - семь звезд. По сведениям Л. Э. Каруновской. на деревянном «календаре», найденном на Алтае, «мичнн» изображается в виде человека, но перед ним расположены шесть-семь кружочков (звезд) (Галданова. 1992. с. 63]. Здесь, вероятно, проявляется явление омонимии, о которой мы уже говорили (см. § 2. Астрономическая терминология), а также и то. что буряты могли не знать такое животное, как обезьяна. С другой стороны, созвездие Плеяд играло большую роль в «звездном календа¬ре» тюрко-монголов (Там же]. Используя названия тех же 12 животных, обозначали 12 месяцев года и время суток. Сутки у монгольских кочевников делились на 12 сдвоенных часов, каждый из них обозначался именем одного из жи¬вотных цикла: час мыши (0-2). быка (2-4) и т. д. Что касается 60-летнего цикла, то первое упоминание о его суще-ствовании в Монголии - это памятник, датируемый 1346 г., найден¬ный в Эрдэни дзу |Kotwicz. 1928, с. 1331. В Монголии называют 60- летний цикл жар жил (букв. 60 лет) или орчил (букв, круговорот). В церковной хронологии Монголии часто пользовались тибетским тер¬мином рабжуи («гиб. rab-tu-byung-ba), ибо тибетский язык был офи¬циальным языком монгольского ламаизма [Жуковская, 1985. с. 176). Для обозначения 60-летнего цикла буряты чаще использовали термин рабжун. Кроме того, было время, когда в Монголии пользовались систе¬мой маньчжурского летосчисления, построенной по годам правления императоров маньчжурской Дайцинской династии (с 1636 по 1911 г. включительно): Дээд эрдэмт (1636): Эсэр засагч (1644): Энх амгаланг (1662): Найралт тов (1723); 'Гэнгэрийн тэтгэсэн (1736); Сайшаалт ероолт (1796); Торгэрэлт (1821); Тугэмэл элбэгт (1851); Бурэнт засагч (1862); Бадруулт тор (1875); Хэвт ёст (1909-1911) [Санжссв, 1947, с. 418]. Нельзя обойти вниманием факт заимствования бурятами многих терминов из народного русского календаря. При переходе на земле-дельческие работы в конце XIX - начале XX в. буряты стали исполь¬зовать цикл календарных сроков полевых работ, перенятый у русских крестьян. Так. например, у аларских бурят зсмлсдсльчсскис работы приурочивались к следующим христианским праздникам: Еремеев день (ерэмээ). Николин день (михооло), Петров день (петрооб). По¬кров день (похрооб) [Басаева. Зимин. 1988, с. 66]. В настоящее время повсеместно используется общеевропейский григорианский календарь. Старинные названия месяцев уже почти не употребляются в речи современных бурят, по большей мере заменя¬ясь заимствованными из русского языка: январь, февраль, март и т. д. Наглядной демонстрацией тому служат примеры из газеты «Буряад унэн» от 28 января 1999 г.: «...1939 оной февралннн 9-дэ турэбэ» [с. 8|, «Үнгэрһэн жэлэй декабриин 11—12-ой удэрнуудтэ...» [с. 18|. Мы рассмотрели несколько типов календарных систем, бытовав¬ших в разное время у бурят. Значимость, функциональная роль и вре¬мя действия их в обществе были различными. Наибольшее внимание уделено народным календарям. Анализ их терминов привел нас к вывод} о том, что они отражают основные за- нятия бурят и монголов в древности, которыми были охота и отчасти собирательство. Что касается скотоводческого периода хозяйственной деятельности монгольских народов, то он как зарождающийся отра¬жен в календаре в меньшей степени.


Эта страница отредактирована пользователем admin в 2012/03/28 08:43:01.